Поговорим же о фаустпатроне -оружии, которое доставило Красной армии едва ли не больше всего хлопот в последние дни существования Третьего рейха.
Никто не может оценить вражеское оружие лучше того, кто от этого оружия настрадался. Маршал Василий Чуйков заявлял, что солдаты и офицеры подчиненной ему 8-й гвардейской армии «были влюблены в фаустпатроны, воровали их друг у друга и с успехом их использовали - эффективно».
Это оружие появилось у вермахта как компенсация за нехватку противотанковой артиллерии, выявлявшейся по мере того, как СССР наращивал выпуск знаменитых КВ и Т-34.
Нужное решение было предложено доктором Генрихом Лангвайлером из лейпцигской фирмы HASAG. Он разработал принципиально новую схему противотанкового ручного оружия, не имевшего отдачи во время выстрела, и дал ему имя - Faustpatrone,
в буквальном переводе означавшее «кулачный патрон». Солдаты неофициально называли новинку «Гретхен», позаимствовав для нее самое классическое немецкое женское имя. Вероятно, потому, что оружие являлось одноразовым, его можно было бросить, как соблазненную девушку.
В фаустпатроне благодаря динамо-реактивной конструкции открытого с обеих сторон ствола при воспламенении метательного заряда меньшая часть газов выталкивала гранату вперед, а большая (в форме реактивной струи) вырывалась назад, компенсируя отдачу при выстреле. Никакого реактивного двигателя у гранаты не было, так что выстреливалась она обычным метательным зарядом на расстояние максимум 50 м.
Опытная партия из 500 гранатометов поступила на фронт в январе 1943 года, не произведя никакого фурора. Из-за пламени при выстреле оружие приходилось держать на расстоянии вытянутой руки, что снижало точность прицеливания. Бронебойный эффект ослаблялся тем, что граната при попадании скользила по наклонной броне «тридцатьчетверок». Отставляли желать лучшего и дальность стрельбы, и кучность попадания.
Еще до получения отзывов Лангвайлер предложил усовершенствованный вариант гранатомета, известного также, как «панцерфауст», с индексом 30, обозначавшим эффективную дальность стрельбы в метрах, при которой граната массой 2,4 кг уверенно пробивала броню в 200 мм.
В отличие от предшественника на этой модели имелся прицел, а ствол был удлинен до 800 см, что позволяло брать оружие на руку. Масса гранаты увеличилась, а ее бронебойный эффект повысился, поскольку головная часть стала затупляться, что повышало площадь соприкосновения с танком. Хвостовой стержень гранаты заменили на стебель с закрепленным на нем эластичным оперением из четырех складывающихся стабилизаторов. Смесь тротила и гексогена в пропорции два к трем увеличила мощь разрывного кумулятивного заряда.
К августу 1943 года таких гранатометов было выпущено 8,7 тысячи экземпляров, а еще через два месяца они стали широко применяться в боях на Правобережной Украине.
![](http://zagadki-istorii-talk.ru/images/grethen.jpg)
Большую роль играла и мобильность. Передвигающиеся на велосипедах отряды истребителей танков по своей эффективности могли соперничать с артиллерийскими батареями.
Правда, фаустпатрон был опасен и для своего хозяина. Поскольку струя пороховых газов вырывалась сзади на расстояние до четырех метров, перед выстрелом следовало убедиться, что за спиной как минимум на десяток метров нет ни товарища, ни стены, ни, тем паче, какого-нибудь ящика с боеприпасами.
Вообще, получив в руки фаустпатрон, его владелец существенно повышал свои шансы на героическую гибель: ведь при стрельбе с расстояния не более 30 метров от цели увеличивался риск погибнуть от пуль пехотного прикрытия, танкового пулемета или под гусеницами самого танка. Подобраться на такое расстояние проще было не в полевых сражениях, а в условиях уличного боя. Не удивительно, что и слава фаустпатронов начала греметь с осени 1944 года, когда вступившая в густонаселенные страны Восточной Европы Красная армия была вынуждена зачищать от фашистов город за городом.
Вдобавок к тому времени гранатомет прошел очередную модернизацию, сопровождавшуюся расширением пусковой трубы-ствола, утолщением ее стенок и увеличением мощности самого заряда, что позволило увеличить и эффективную дальнобойность, причем сразу вдвое - до 60 м.
К производству «панцерфаустов» с индексами 30 и 60 были привлечены крупнейшие немецкие предприятия, включая автомобильный концерн «Фольксваген».
К апрелю 1944 года выпускалось уже 100 тысяч «тридцаток» и вдвое больше «шестидесятою), а в общей сложности было выпущено свыше 8,2 миллиона различных модификаций гранатомета.
Один из последних пошедших в серию вариантов имел индекс 100, позволяя эффективно стрелять на сотню метров. Правда, бронепробиваемость его выросла не столь ощутимо - с привычных 200 до 240 мм.
Начальник Главного артиллерийского управления Красной армии Николай Яковлев выражал сожаление, что в советском руководстве не нашлось сторонников таких средств борьбы, как фаустпатрон. «Считалось, что коль скоро в войсках из-за малой дальности не пользуется популярностью даже 50-мм миномет, то зачем, дескать, создавать наряду с ПТР еще какое-то средство ближнего боя. К тому же, мол, есть и противотанковые гранаты. В итоге у нас так и не было создано оружия, подобного тому, которое имелось у противника».
Но здесь все же надо учитывать, что немцы сделали ставку на фаустпатроны, скорее, от отчаяния. Танковую гонку Советскому Союзу они к 1944 году безнадежно проиграли, а налаживать производство противотанковых пушек уже не успевали. Для Красной армии проблема заключалась в том, как противостоять немецким гранатометам.
Подполковник танковых войск вермахта Миддельдорф жаловался, что при штурме городов русские начали выпускать двигавшихся впереди танков стрелков, которые зачищали здания от фаустников, что позволило им с января 1945 года резко сократить потери в техники.
Командующий штурмовавшим Берлин 1-м Украинским фронтом маршал Иван Конев делает акцент на другом способе: «Стремясь уменьшить количество подбитых фаустпатронами танков, мы ввели простое, однако очень эффективное средство - вокруг танков создавали так называемую экранировку: поверх брони навешивались листовое железо или листы жести».
Немцы, в свою очередь, в марте 1945 года выпустили первую опытную партию фаустпатронов, эффективно бивших на 150 м, и с более мощной гранатой, одетой в цилиндрическую «рубашку», разлетавшуюся при взрыве на множество осколков, поражающих живую силу противника. На уровне проекта остались гранатомет, бивший на 250 м, «брандфауст» с зажигательной гранатой, «газфауст» с отравляющими веществами и «шрапнельфауст», у которого граната при взрыве, помимо подбития танка, уничтожала все живое в радиусе 20 м.
Конев отмечал, что в последние недели войны этим оружием, в первую очередь, снабжались укомплектованные юнцами и пожилыми людьми батальоны фольксштурма, и давал свое объяснение: «Фаустпатрон был одним из средств, какие могли создать у не обученных войне и физически не подготовленных людей чувство уверенности в том, что, только вчера став солдатами, они смогут уже сегодня что-то сделать. Необходимо отметить, что эти фаустники в большинстве случаев дрались до конца и проявили гораздо большую стойкость, чем видавшие виды, однако надломленные многолетней усталостью и поражениями немецкие солдаты».
Так что свою кровавую жатву фаустпатроны собирали до самого мая 1945 года. После Второй мировой войны в профессиональных армиях предпочтение стало отдаваться более сложному и эффективному оружию. Однако именно продукт доктора Лангвайлера стал прототипом самых удачных моделей ручных противотанковых гранатометов.
Александр СОКОЛОВ