Белые рабы чёрных господ

Всё о пиратах и их похождениях
Сообщение
Автор
Аватара пользователя
zagadki-istorii
Администратор
Сообщения: 328
Возраст: 37
Зарегистрирован: 16 окт 2015, 17:43
Пол: Мужской
Контактная информация:

Белые рабы чёрных господ

#1 Сообщение zagadki-istorii » 27 янв 2016, 22:37

«...нас мучило то, что мы на каждом шагу видели и слышали, как хозяин мой совершает по отношению к христианам невиданные и неслыханные жестокости. Каждый день он кого-нибудь вешал, другого сажал на кол, третьему отрезал уши, - и все по самому ничтожному поводу, а то и вовсе без всякого повода, так что сами турки понимали, что это жестокость ради жестокости и что он человеконенавистник по своей природе». Так в своем романе о Дон Кихоте вспоминал о пребывании в плену у алжирских пиратов самый знаменитый их невольник Мигель де Сервантес Сааведра.

Что ж, начав со свидетельства очевидца - как мы покажем далее, довольно субъективного, - мы попробуем сегодня разобраться в табуированной для многих европейских историков теме берберского пиратства. И поведаем читателям о белых пленниках и пленницах черных рабовладельцев.


Табу на черных корсаров


«Хижина дяди Тома», «Сказки дядюшки Римуса» и десятки других знаменитых произведений реалистично живописуют быт чернокожих рабов, томившихся в неволе у белых рабовладельцев. Мысль о вине белых людей перед несчастными «Максимками» - заметим, во многом справедливая - прочно внедрена в сознание современного американца и в меньшей степени европейца.

Но, как это хорошо известно, у любой медали есть две стороны. В отношении пиратов, похищавших людей для того, чтобы продать их в рабство, справедливо известное утверждение, согласно которому «у преступника нет национальности». Он - преступник по определению, а его вторичные приметы (цвет кожи и принадлежность к определенной конфессии) зачастую мифологизируются или становятся инструментами нечистоплотной пропаганды.

Разберем теперь все сказанное на примере Сервантеса. Да, во времена, когда он попал в плен к алжирским пиратам (1775-1780 годы), сам Алжир в его современных границах был провинцией Османской империи. Только заправляли им не «мусульманские пираты, похищавшие для рабства христиан», как об этом подчас пишут не слишком вдумчивые историки, а берберские корсары и каперы - бродяги без роду и племени, лишь в связи с преимущественным районом (Северная Африка) их преступных действий бывшие по большей части темнокожими.

Гассан-ага родом из Венеции


Тут внимательный читатель попытается поймать нас за руку: «Но позвольте, ведь сам Сервантес повествует конкретно о турках и злодеяниях, творимых ими конкретно по отношению к христианам!»

Поясняем: чтобы разобраться в ситуации, следует вспомнить, кем именно был хозяин знаменитого писателя. Его имя, вошедшее в историю берберского пиратства, - Гассан-ага (иногда: Хасан-паша) - вроде бы свидетельствует о турецких корнях имярека. Но в действительности он, носивший прозвище Венециано, был бледнолицым венецианцем, в прошлой жизни мирным писарем, однажды захваченным пиратами в плен и со временем ставшим главой их алжирского братства. Так что, как видим, черные пираты конфессиональной нетерпимостью не отличались, а злодеяния, творимые Гассаном, равно порицаются как мусульманами, так и христианами. Что касается последних - так сказать, приоритетных жертв злодействующего ренегата Гассана, то других у него в тот момент и быть не могло: Сервантес «гостил» у алжирских корсаров вместе с военными моряками, подданными испанской короны.

Как бы то ни было, факт остается фактом. Если ревизионисты от истории видят берберское пиратство исключительно в провокационно «черно-белом» цвете, то представители классической науки на Западе предпочитают замыкаться на пиратах, «осваивавших» в XVI-XIX веках Черный континент исключительно в интересах европейских и заокеанских рабовладельцев.

Между тем в указанный период времени презренная торговля людьми - к слову, первые отчеты о работорговле можно обнаружит еще в Кодексе Хаммурап (Вавилон) - была, образно говоря, океанской дорогой со встречным движением. Только одна цифра в подтверждение сказанному: за тот же временной период, берберские корсары, поставлявшие невольниц и невольников рабовладел цам Алжира, Марокко, Туниса, Ливии, поработили 1,25 миллиона (!) жителей Старого Света.

От Севильи до Алжира



Забегая слегка вперед, отметим: подлинная история берберского пиратства - ключ к разгадке позднейших колониальных устремлений таких держав, как Испания, Португалия, Франция и в меньшей степени Германия. В этом плане все намного сложнее, чем классовый миф, в соответствии с которым буржуины только спали и видели, как бы поработить несчастных мирных африканских аборигенов.

Пусть не вся правда, но существенная ее часть заключается в том, что первичные набеги европейских флотов на африканские пиратские вотчины были вызваны желанием «отмстить неразумным хазарам». А отмстить им, черным корсарам, было за что - уж не говоря о желании вырвать из лап африканских рабовладельцев своих соотечественников. Посудите сами. Этот интернациональный сброд, действовавший в интересах чернокожих рабовладельцев, населявших так называемый Большой Магриб, не только грабил и топил европейские суда на море, но и совершал набеги на побережья Италии, Франции, Испании, Португалии, Англии, Ирландии, добираясь подчас даже до Нидерландов и Исландии.

Иногда в специальной литературе можно прочесть о «тайне» опустения многочисленных прибрежных городов Средиземноморья в период XVII - начала XIX века. Иные историки называют причинами такого опустения наводнения, рабочую миграцию, эпидемии. Что касается последних, то они, безусловно, правы: начиная с XVII века средиземноморские города Европы страдали от эпидемических набегов черных корсаров. Впрочем, не только средиземноморские. Так, в 1631 году африканские «интуристы» под черными флагами добрались до Ирландии и взяли в полон все население поселка Балтимор, включая стариков и детей. Поэтому неудивительно, что из прибрежных городов в те времена имел место массовый исход жителей, больше чумы боявшихся оказаться в африканском рабстве.

Безусловно, страхи эти были не беспочвенными уже по фактам указанных набегов, а слухи об ужасах такого рабства - не слишком преувеличенными. Вспомним свидетельства Сервантеса, с которых мы и начали рассказ о нравах предводителя алжирских пиратов. Далее возьмем в руки монографию Роберта С. Дэвиса «Христианские рабы, мусульманские хозяева». Несмотря на ангажированность названия этого научного труда, в нем прекрасно документированы нравы рабовладельцев, обитавших в Алжире, Тунисе, Марокко, Ливии.

Вчитываемся. Примерно каждый третий европейский раб мог осилить путь - в трюме пиратского судна - до берегов Северной Африки. Далее наиболее привлекательные женщины оказывались на «невольничьих аукционах», а затем и в «пиратских гаремах», отличающихся от традиционных тем, что в оных на одну секс-рабыню приходилось много, прости, Господи, мужей. Но, по Дэвису, судьба невольников мужского пола была еще ужаснее. Самым сильным из них выпадала доля гребцов на галерах, постоянно прикованных к своим «рабочим местам», - без времени на сон, еду и даже отправление физиологических потребностей.

Весь этот разбойничий разгуляй - от Севильи до Алжира - продолжался вплоть до начала XIX столетия. Только в 1816 году, после набега на африканскую вотчину англо-голландской эскадры, черные корсары подписали с европейцами своеобразный пакт о нейтралитете. В соответствии с ним пираты обязались не нападать на европейские суда и не совершать набеги на города Старого Света. Впрочем, от пиратов ли ждать верности данному слову? Несмотря на то что их активность на европейском направлении снизилась, единичные набеги все же продолжились.

Окончательную точку в этой пиратской саге о «христианских рабах и мусульманских хозяевах» европейцы поставили лишь в 1911 году, по итогам итало-турецкой войны. После того как пиратские вотчины перешли итальянцам, произошло освобождение всех невольников, были приняты законы о противоправности работорговли.
Европейские корни африканских пиратов


В заключение хотелось бы еще раз донести до читателей мысль, что у работорговли - как и у современного терроризма - нет ни конфессии, ни национальности. Тот же Дэвис, назвав свой труд достаточно провокационно, в самом тексте монографии уже вынужден, будучи профессиональным историком, признать, что «среди африканских невольников были темнокожие и белые, католики, протестанты, православные и мусульмане, равно как и среди их захватчиков были не только мусульмане, но и британские каперы, и голландские капитаны, в равной мере пользовавшиеся нравами той поры, когда легкого щелчка пальцев оказывалось достаточно, дабы твой враг стал твоим другом, а твой друг - врагом».

Более того, прародителями и наставниками черных берберских корсаров можно считать их европейских коллег. Ведь XIII и XIV века - время абсолютного доминирования в Средиземноморье белых пиратов Каталонии и Сицилии. И лишь в XV веке, с усилением Османской империи, черные корсары стали составлять конкуренцию каталонским и сицилийским.

У пирата, как и у сегодняшнего террориста, нет отечества, национальности и флага. Вместо того чтобы разгромить, задушить опасного конкурента в зародыше, европейские пираты за большую мзду передали берберским «коллегам» прогрессивные технологии строительства больших парусных судов, технику управления оными, обучили искусству навигации. Понимали ли пираты Старого Света, что выкармливают опасного зверя на погибель своим мирным землякам? Судя по дальнейшему развитию событий - даже не задумывались. Их, как и любых других разбойников, волновало лишь одно: сиюминутная нажива.

Александр ГОВОРОВ






Вернуться в «История пиратства»

Кто сейчас на конференции

Сейчас этот форум просматривают: нет зарегистрированных пользователей и 1 гость