Как в Египет танки доставляли
Добавлено: 27 сен 2016, 14:38
История участия советских офицеров в военных конфликтах 1960-1980-х годов хранит еще немало белых пятен. Лишь в последние десятилетия, когда миновали все сроки подписок о неразглашении, изменились исторические реалии, стало возможным рассказать о том, свидетелями и участниками чего становились нынешние убеленные сединами ветераны вооруженных сил.
Странный вызов
В 1972 году майор Дмитрий Васильевич Павлов (ныне полковник в отставке) прибыл из Северной группы войск (город Щецин, Польша) в Москву для учебы в Военно-инженерной академии имени В.В. Куйбышева. Проучившись несколько месяцев, он и шестеро его сокурсников были вызваны к руководству военного вуза.
В разговоре с начальством никакой конкретики, лишь вопросы: всем ли доводилось управлять бронетанковой техникой? Естественно, все же из войск прибыли. Имеют ли на руках заграничные паспорта? Опять ответ утвердительный, так как все вызванные прибыли на учебу из разных зарубежных групп войск.
И тогда поступило неожиданное распоряжение - в декабре 1972 года убыть в командировку в город Ярославль на танкоремонтный завод. Военную форму было велено оставить по месту жительства. На складе всем выдали новые танковые комбинезоны и шикарные по тем временам гражданские костюмы с рубашками и галстуками.
Офицеры терялись в догадках - почему в Ярославль и что за странный маскарад? Но информация поступала строго дозированно.
Новое - хорошо покрашенное старое
По приезде в Ярославль командировочные разместились в гостинице, затем прибыли к месту назначения. Здесь они стали свидетелями интересного зрелища. На танкоремонтный завод привозили уже заметно бэушные танки. Там с них снимали все устаревшее оборудование, меняли на новое, ставили новые двигатели и красили из зеленого в желтый (пустынный) цвет. Сразу стало ясно, куда пойдут эти машины, ведь Советский Союз тогда особо и не скрывал, что помогает своим арабским союзникам. Секретными были лишь сведения о формах, видах и объеме этой помощи.
В то время все были политически грамотными и знали, что продолжалась война Египта с Израилем. Проиграв евреям Шестидневную войну 1967 года, арабы собирались взять реванш, и потому из СССР широким потоком шло в регион самое различное вооружение, в том числе и бронетехника. Готовилась она и в Ярославле.
Со временем офицеры догадались, почему вместо поставок египетским «друзьям» новых машин с завода здесь с бронетехникой устраивают такие метаморфозы. В военной среде все-таки распространялась информация, как неудачно используют арабы поставляемую им военную технику. В Шестидневной войне Египет потерял порядка тысячи бронированных машин, в том числе и самых современных. А ведь новейшие танки, бесполезно сгоравшие от израильских бомб и ракет, стоили гораздо дороже модернизированных, только судьба у них была одинаковой... Тогда, видимо, посчитали нужным хоть так сэкономить на безвозмездной помощи. А чтобы уж совсем не разочаровывать капризных партнеров, пошли на военную хитрость - «косметический ремонт».
«Противобросальное устройство»
Поразило и еще одно «усовершенствование» танков для Египта - в них заваривали нижний люк, предназначенный для эвакуации экипажа из подбитой машины. Дело в том, что египетские танкисты слишком часто через него эвакуировались из танков - еще до того, как израильтяне серьезно выводили их машины из строя.
Рассказывали случаи, что пустые танки, двигавшиеся на первой передаче, так и ползли в сторону израильтян, пока не упирались в какой-нибудь бархан. Бойцы ЦАХАЛ (Армия обороны Израиля) их со смехом ловили, словно лошадей поверженных вражеских кавалеристов, рисовали на танках звезды Давида и, развернув, пускали в ход против прежних хозяев. Только по официальным данным, 100 машин были захвачены в полной исправности и с неизрасходованными боекомплектами и около 200 - с незначительными повреждениями и неисправностями. По неофициальным сведениям, эти цифры могли быть еще более значительными.
И чтобы не так активно «снабжать» ЦАХАЛ своими танками, в СССР решили внести в них вышеназванные «конструктивные» изменения. Помимо технического момента здесь присутствовал и воспитательный: египетские танкисты теперь должны были знать о том, что покидать машину через верхние люки, под огнем врага, опасно. И была надежда на то, что они поймут, наконец, что свой танк надо беречь и воевать на нем следует настоящим образом.
То поездом, то морем
Когда первая партия из 30 бронированных «пожелтевших» машин была готова, офицеры приступили к ее погрузке в эшелон. Кроме танков, в комплект батальона входила ИМР (инженерная машина разграждения). С ней при погрузке было больше всего возни, так как она по габаритам немного превосходила танки.
Эшелон загрузили, и состав двинулся на юг. По дороге одетые в комбезы офицеры закупали продукты в станционных магазинчиках и у бабушек-торговок, так как никаких сухпайков предусмотрено не было. Оно и понятно, ведь согласно официальным документам все командировались только до Ярославля.
Прибыли ночью на дальние железнодорожные пути в один из черноморских городов. В какой именно, для них осталось тайной - то ли Николаев, то ли Одесса, спрашивать не полагалось. Потом их доставили в порт, где в обстановке строгой секретности танки и ИМР погрузили на гражданскую баржу (она как раз вмещала 30 единиц техники), все тщательно укутали брезентом, рядом разместили несколько ярких контейнеров для отвода глаз. Пограничники проверили документы сопровождающих, по поводу груза у них вопросов не было. В назначенный час вышли в море.
Будучи на борту, офицеры питались вместе с гражданскими моряками. Правда, есть могли не все. Двоим сопровождающим морской поход дался особенно трудно. Из всех продуктов их организмами нормально усваивались почему-то лишь два - водка и пиво. Правда, в разумных пределах.
Прибытие
Оба моря - и Черное, и Средиземное - прошли без приключений. Несмотря на то что шли без всякого прикрытия, никто к судну с красным флагом не приближался. Через четверо суток прибыли на место, встали на рейде метрах в 150 от порта.
Днем никаких движений не производилось, ночью прибыл паром, на который и стали сгружаться. Паром брал на борт только по два танка и доставлял боевые машины к берегу. Там машины своим ходом выбирались на прибрежный песок, и их передавали египетским танкистам. Те довольно сносно говорили по-русски, но особо общаться было некогда. Ночи в Египте были очень короткими - темнело в 11 часов вечера и светало в четыре часа утра. Успевали за ночь сгрузить только по шесть машин, затем все тщательно маскировали на борту и еще день болтались на рейде.
Все бы ничего, но над головами стали все чаще пролетать израильские самолеты. Разведка у них работала хорошо, и наверняка израильтяне знали, что за груз прибыл, но никаких действий не предпринимали. Тем не менее судьбу решили не испытывать - попросили еще один паром, и египтяне пошли навстречу. С двумя паромами дело пошло веселее, и вскоре груз был полностью передан египетской стороне.
Офицеров погрузили на автобус и отвезли в Каир, в одно из посольских зданий - двухэтажный особняк. С ними встретился военный атташе генерал и поблагодарил за хорошо исполненную работу. Были обещаны награды и даже какие-то деньги от «благодарных египтян». В этом особняке все и находились до момента отправки домой, даже столовались вместе с посольскими работниками. Загранпаспорта забрали, за территорию просили не выходить. Домой офицеры возвращались гражданским самолетом рейсом Каир - Москва.
«Вас здесь нет!»
А в январе 1973 года офицеры вновь отправились в Египет тем же составом и с таким же грузом. Опять все сделали как надо, разместились в уже знакомом особняке, собирались отправляться домой. Но двое офицеров не усидели на месте, отправились в город и нарвались на приключения. Задержавшая их местная полиция долго не могла понять, как эти двое, представившиеся советскими гражданами, оказались в Египте без малейшего официального повода их пребывания здесь - без виз, документов и т.д. Обо всем узнали в Москве, шум был страшный. Досталось даже атташе генералу. Естественно, ни о каких наградах и поощрениях речи теперь уже не шло.
- Вы понимаете, что юридически вас здесь нет! - кричал атташе. - Если вы тут сгинете, то никто из родных и не узнает, где ваши могилки! Официально-то вы - в Ярославле!
Всем ускорили вылет, и офицеры покинули Египет, теперь уже навсегда. Виновникам происшествия припомнило их «египетские подвиги» еще и руководство академии - их отчислили.
В личном деле у всех была сделана отметка о заграничных командировках, но без подробностей и указания места пребывания. «Благодарный египетский народ» как-то раз прислал им суммы, аналогичные 50 долларам. Затем наступило охлаждение в отношениях между двумя странами, и «благодарность» иссякла. Единственной памятью о командировках в Египет остались те гражданские костюмы, в которых офицеры так недолго побыли под сенью арабских пальм.
В 1972 году майор Дмитрий Васильевич Павлов (ныне полковник в отставке) прибыл из Северной группы войск (город Щецин, Польша) в Москву для учебы в Военно-инженерной академии имени В.В. Куйбышева. Проучившись несколько месяцев, он и шестеро его сокурсников были вызваны к руководству военного вуза.
В разговоре с начальством никакой конкретики, лишь вопросы: всем ли доводилось управлять бронетанковой техникой? Естественно, все же из войск прибыли. Имеют ли на руках заграничные паспорта? Опять ответ утвердительный, так как все вызванные прибыли на учебу из разных зарубежных групп войск.
И тогда поступило неожиданное распоряжение - в декабре 1972 года убыть в командировку в город Ярославль на танкоремонтный завод. Военную форму было велено оставить по месту жительства. На складе всем выдали новые танковые комбинезоны и шикарные по тем временам гражданские костюмы с рубашками и галстуками.
Офицеры терялись в догадках - почему в Ярославль и что за странный маскарад? Но информация поступала строго дозированно.
По приезде в Ярославль командировочные разместились в гостинице, затем прибыли к месту назначения. Здесь они стали свидетелями интересного зрелища. На танкоремонтный завод привозили уже заметно бэушные танки. Там с них снимали все устаревшее оборудование, меняли на новое, ставили новые двигатели и красили из зеленого в желтый (пустынный) цвет. Сразу стало ясно, куда пойдут эти машины, ведь Советский Союз тогда особо и не скрывал, что помогает своим арабским союзникам. Секретными были лишь сведения о формах, видах и объеме этой помощи.
В то время все были политически грамотными и знали, что продолжалась война Египта с Израилем. Проиграв евреям Шестидневную войну 1967 года, арабы собирались взять реванш, и потому из СССР широким потоком шло в регион самое различное вооружение, в том числе и бронетехника. Готовилась она и в Ярославле.
Со временем офицеры догадались, почему вместо поставок египетским «друзьям» новых машин с завода здесь с бронетехникой устраивают такие метаморфозы. В военной среде все-таки распространялась информация, как неудачно используют арабы поставляемую им военную технику. В Шестидневной войне Египет потерял порядка тысячи бронированных машин, в том числе и самых современных. А ведь новейшие танки, бесполезно сгоравшие от израильских бомб и ракет, стоили гораздо дороже модернизированных, только судьба у них была одинаковой... Тогда, видимо, посчитали нужным хоть так сэкономить на безвозмездной помощи. А чтобы уж совсем не разочаровывать капризных партнеров, пошли на военную хитрость - «косметический ремонт».
![](http://zagadki-istorii-talk.ru/images/tank_sinay.jpg)
Рассказывали случаи, что пустые танки, двигавшиеся на первой передаче, так и ползли в сторону израильтян, пока не упирались в какой-нибудь бархан. Бойцы ЦАХАЛ (Армия обороны Израиля) их со смехом ловили, словно лошадей поверженных вражеских кавалеристов, рисовали на танках звезды Давида и, развернув, пускали в ход против прежних хозяев. Только по официальным данным, 100 машин были захвачены в полной исправности и с неизрасходованными боекомплектами и около 200 - с незначительными повреждениями и неисправностями. По неофициальным сведениям, эти цифры могли быть еще более значительными.
И чтобы не так активно «снабжать» ЦАХАЛ своими танками, в СССР решили внести в них вышеназванные «конструктивные» изменения. Помимо технического момента здесь присутствовал и воспитательный: египетские танкисты теперь должны были знать о том, что покидать машину через верхние люки, под огнем врага, опасно. И была надежда на то, что они поймут, наконец, что свой танк надо беречь и воевать на нем следует настоящим образом.
Когда первая партия из 30 бронированных «пожелтевших» машин была готова, офицеры приступили к ее погрузке в эшелон. Кроме танков, в комплект батальона входила ИМР (инженерная машина разграждения). С ней при погрузке было больше всего возни, так как она по габаритам немного превосходила танки.
Эшелон загрузили, и состав двинулся на юг. По дороге одетые в комбезы офицеры закупали продукты в станционных магазинчиках и у бабушек-торговок, так как никаких сухпайков предусмотрено не было. Оно и понятно, ведь согласно официальным документам все командировались только до Ярославля.
Прибыли ночью на дальние железнодорожные пути в один из черноморских городов. В какой именно, для них осталось тайной - то ли Николаев, то ли Одесса, спрашивать не полагалось. Потом их доставили в порт, где в обстановке строгой секретности танки и ИМР погрузили на гражданскую баржу (она как раз вмещала 30 единиц техники), все тщательно укутали брезентом, рядом разместили несколько ярких контейнеров для отвода глаз. Пограничники проверили документы сопровождающих, по поводу груза у них вопросов не было. В назначенный час вышли в море.
Будучи на борту, офицеры питались вместе с гражданскими моряками. Правда, есть могли не все. Двоим сопровождающим морской поход дался особенно трудно. Из всех продуктов их организмами нормально усваивались почему-то лишь два - водка и пиво. Правда, в разумных пределах.
Оба моря - и Черное, и Средиземное - прошли без приключений. Несмотря на то что шли без всякого прикрытия, никто к судну с красным флагом не приближался. Через четверо суток прибыли на место, встали на рейде метрах в 150 от порта.
Днем никаких движений не производилось, ночью прибыл паром, на который и стали сгружаться. Паром брал на борт только по два танка и доставлял боевые машины к берегу. Там машины своим ходом выбирались на прибрежный песок, и их передавали египетским танкистам. Те довольно сносно говорили по-русски, но особо общаться было некогда. Ночи в Египте были очень короткими - темнело в 11 часов вечера и светало в четыре часа утра. Успевали за ночь сгрузить только по шесть машин, затем все тщательно маскировали на борту и еще день болтались на рейде.
Все бы ничего, но над головами стали все чаще пролетать израильские самолеты. Разведка у них работала хорошо, и наверняка израильтяне знали, что за груз прибыл, но никаких действий не предпринимали. Тем не менее судьбу решили не испытывать - попросили еще один паром, и египтяне пошли навстречу. С двумя паромами дело пошло веселее, и вскоре груз был полностью передан египетской стороне.
Офицеров погрузили на автобус и отвезли в Каир, в одно из посольских зданий - двухэтажный особняк. С ними встретился военный атташе генерал и поблагодарил за хорошо исполненную работу. Были обещаны награды и даже какие-то деньги от «благодарных египтян». В этом особняке все и находились до момента отправки домой, даже столовались вместе с посольскими работниками. Загранпаспорта забрали, за территорию просили не выходить. Домой офицеры возвращались гражданским самолетом рейсом Каир - Москва.
А в январе 1973 года офицеры вновь отправились в Египет тем же составом и с таким же грузом. Опять все сделали как надо, разместились в уже знакомом особняке, собирались отправляться домой. Но двое офицеров не усидели на месте, отправились в город и нарвались на приключения. Задержавшая их местная полиция долго не могла понять, как эти двое, представившиеся советскими гражданами, оказались в Египте без малейшего официального повода их пребывания здесь - без виз, документов и т.д. Обо всем узнали в Москве, шум был страшный. Досталось даже атташе генералу. Естественно, ни о каких наградах и поощрениях речи теперь уже не шло.
- Вы понимаете, что юридически вас здесь нет! - кричал атташе. - Если вы тут сгинете, то никто из родных и не узнает, где ваши могилки! Официально-то вы - в Ярославле!
Всем ускорили вылет, и офицеры покинули Египет, теперь уже навсегда. Виновникам происшествия припомнило их «египетские подвиги» еще и руководство академии - их отчислили.
В личном деле у всех была сделана отметка о заграничных командировках, но без подробностей и указания места пребывания. «Благодарный египетский народ» как-то раз прислал им суммы, аналогичные 50 долларам. Затем наступило охлаждение в отношениях между двумя странами, и «благодарность» иссякла. Единственной памятью о командировках в Египет остались те гражданские костюмы, в которых офицеры так недолго побыли под сенью арабских пальм.
Олег ТАРАН