Вера превыше всего
Казалось бы, давно ушли в прошлое времена средневековой инквизиции, когда на кострах жгли книги философов и ученых, восставших против церковных догм. Но если в Европе с некоторым стыдом вспоминают тот этап своей истории, в арабских странах любая литература, в которой цензоры находят хотя бы малейшее сомнение в существовании всевышнего, тут же попадает под запрет. В частности, роман Федора Михайловича Достоевского «Братья Карамазовы» вызвал негодование у цензоров Кувейта из-за того, что на его страницах поднимаются вопросы существования Бога, а также рассуждения о возможности проявления свободы воли. При этом оказалось совершенно не важно, что в романе описывается Россия XIX века, а вовсе не жизнь арабских стран. По мнению устроителей литературного фестиваля в Кувейте, данное произведение способно негативно повлиять на мировоззрение арабской молодежи. Аналогичные претензии были выдвинуты против других не менее знаменитых произведений мировой классики, среди которых можно отметить роман Виктора Гюго «Собор Парижской Богоматери» и Габриэля Гарсиа Маркеса «Сто лет одиночества». Названные произведения, с точки зрения комиссии при министерстве информации Кувейта, несут угрозу мусульманскому миру, национальной безопасности и подстрекают к беспорядкам. При этом если в арабских странах цензура имеет хотя бы логически объяснимый религиозный подтекст, то запрет на ряд книг в других станах мира вызывает лишь недоумение.
Детям не читать!
![](http://zagadki-istorii-talk.ru/images/literaturny-festival-kuveit.jpg)
Но чаще других во многих штатах США периодически изымаются из библиотек романы одного из самых знаменитых фантастов мира - Рэя Брэдбери. Роман «451 градус по Фаренгейту» оказался лидером по количеству запретов. Цензоры США почему-то считают его разрушающим психику молодежи. Во время только первой публикации романа в 1953 году из него по настоянию властей были изъяты 75 фраз, содержащих слова «ад», «аборт» и «проклятие». При этом самое удивительное состоит в том, что в романе как раз описывается сожжение неугодных книг и цензура в обществе будущего.
Вообще надо отметить, что цензоры США порой доходят до абсурда. В свое время в стране попали под запрет даже «Путешествия доктора Дулиттла» Хью Лофтинга, прототипа Доктора Айболита, пересказанные русскоязычному читателю Корнеем Чуковским. Всему виной оказалась кличка упомянутого на страницах книги попугая - Полинезия. Дело в том, что это слово в США считалось неприличным, как слова «негр» и «черненький», также часто встречающиеся в произведении. Когда книга все же вернулась на полки школьных библиотек, неугодные слова были из нее изъяты.
Крайне забавно звучит запрещение в штате Нью-Гэмпшир «Двенадцатой ночи» Вильяма Шекспира. Причина - якобы гомосексуальные контакты между героями произведения. В Техасе школьникам запрещено читать «Илиаду», «Декамерон», «Тартюфа» и «Божественную комедию». Даже Ветхий Завет в большинстве штатов США был изъят из школьных библиотек за большое количество жестоких и сексуальных сцен, равно как сказки братьев Гримм и Шарля Перро.
Пасквили властям не нужны
Изучая историю запрещенной литературы, можно сделать вывод, что цензоры больше всего не любят обличителей общества, в котором живут. В конце XVIII века в России власти не пропустили в печать «Путешествие из Петербурга в Москву» Александра Радищева. Однако настырный автор, несмотря на отказ типографий издавать его произведение, в 1790 году отпечатал книгу у себя дома на специально приобретенном станке. Произведение быстро разошлось по друзьям писателя и вскоре попало к Екатерине II. Императрица тут же приказала своенравного писателя арестовать, заявив, что Радищев своими доводами в пользу отмены крепостного права нанес стране больше вреда, чем восстание Емельяна Пугачева. Писателя приговорили к смерти. Только в самый последний момент казнь заменили десятилетней ссылкой.
Не лучше сложилась судьба комедии Александра Грибоедова «Горе от ума», которую генерал-губернатор Москвы князь Голицын назвал грязным пасквилем на столицу и запретил публиковать.
Даже обласканный властями и любимый жителями Москвы Владимир Гиляровский порой подвергался острым нападкам цензуры. Его «Трущобные люди», повествующие о жизни московского дна, были запрещены к продаже. Мало того - всего за ночь первый тираж произведения был изъят из типографий и магазинов, а затем тайно сожжен.
Достаточно широким был перечень книг антикоммунистического содержания, запрещенных при советской власти, которая страшно не любила, когда ее сор выносили из избы. Звучит фантастически, но роман «Бесы» Достоевского при Сталине не печатался из-за обличения писателем работы революционеров, а сам классик в школьной программе значился как реакционер.
Цензура XXI века
Самое интересное, что запрет на тиражирование, продажу, а порой даже чтение тех или иных неблагонадежных книг расцвел в Средневековье, дожил до середины XX века и успешно перешагнул порог нового тысячелетия.
Сегодня в большинстве стран мира существуют официальные списки запрещенной литературы. Правда, в отличие от прошлых веков, современные цензоры, за редким исключением, борются не с религиозными или идеологическими противниками, а с призывами к насилию и терроризму. В Частности, в США из наиболее известных запрещенных книг можно назвать «Поваренную книгу анархиста» Уильяма Пауэлла, по мнению цензоров популяризирующую терроризм, «Улисс» Джеймса Джойса - за пропаганду порнографии и «Цвет пурпурный» Элис Уокер - за излишнюю жестокость в описании жизни афроамериканских рабов.
В большинстве стран Европы, Австралии и Новой Зеландии под запретом роман Брета Истона Эллиса «Американский психопат» - за сцены жестокости и пропаганду ненависти к США.
Россия также имеет свой список запрещенных книг, опубликованный на сайте Минюста. Здесь на сегодня запрещено более двух тысяч книг. К счастью, в отличие от США и стран Запада, классических произведений в этом списке нет. В основном он содержит перечень литературы религиозно-экстремистского содержания, а также произведения по альтернативной истории - такие, как, например, «Удар русских богов» Владимира Истархова.
В то же время каждому ясно, что в век Интернета любая цензура бессмысленна по своей сути. Книги можно не печатать, изымать из продажи, но запретить их распространение в Сети невозможно. Поэтому любые подобные списки в наши дни дают обратный эффект, только подогревая интерес публики к официально запрещенной литературе.
Дмитрий ЛАВОЧКИН