Записки кавалерист-девицы

О представительницах прекрасного пола, оставивших заметный след в человеческой памяти
Сообщение
Автор
Аватара пользователя
zagadki-istorii
Администратор
Сообщения: 328
Возраст: 37
Зарегистрирован: 16 окт 2015, 17:43
Пол: Мужской
Контактная информация:

Записки кавалерист-девицы

#1 Сообщение zagadki-istorii » 06 фев 2017, 15:11

Летом 1829 года, возвращаясь из Арзрума, Александр Пушкин встретил в Кисловодске Василия Дурова, городничего Сарапула Вятской губернии. Обоим молодым людям было по 30 лет, оба увлекались карточной игрой (чаще проигрывали) и как-то близко сошлись. Когда пришло время ехать дальше, Пушкин пригласил Дурова в свою коляску до Москвы. Видимо, во время неблизкого пути тот и рассказал поэту о своей сестре Надежде и ее необыкновенной судьбе. Надежда Андреевна Дурова служила в кавалерии и при этом постоянно вела личный дневник.

«Купите, Александр Сергеевич!»


Надо сказать, что Василий, который был моложе сестры на 16 лет, постоянно уговаривал ее опубликовать свои записки о войнах России с Наполеоном, участницей которых она была. А Надежда не соглашалась: не представляла она себя настоящей писательницей. В конце концов брат ее уговорил. И вот 16 июня 1835 года Александр Сергеевич получил письмо от Василия, который спрашивал, не согласится ли поэт ознакомиться с рукописью штабс-ротмистра Александрова, как просила называть себя Надежда Андреевна. Пушкин сразу же ответил: «Судьба автора так любопытна, так известна и так таинственна, что разрешение загадки должно произвести сильное общее впечатление».

Получив ответ от Пушкина, Надежда Дурова написала ему уже сама: «...у меня есть несколько листов моих записок; я желал бы продать их и предпочтительно вам. Купите, Александр Сергеевич! Прекрасное перо ваше может сделать из них что-нибудь весьма занимательное для наших соотечественниц, тем более что происшествие, давшее повод писать их, было некогда предметом любопытства и удивления. Цену назначьте сами, я в этом деле ничего не разумею и считаю за лучшее довериться вам самим, вашей честности и опытности».

«Убойный» материал


Пушкин получил пакет с рукописью в начале марта 1836 года. Он в это время как раз создавал свой журнал «Современник». Прочитав рукопись Дуровой, поэт сразу понял: это материал «убойный», как сказали бы мы теперь. Именно такой был очень нужен «для раскрутки» нового журнала. К тому же рукопись эта совершенно не требовала дополнительной доработки.

Сохранилось письмо известного поэта, генерала Дениса Давыдова. В 1836 году он написал Пушкину: «Дурову я знал, потому что я с ней служил в арьергарде во все время отступления нашего от Немана до Бородина. Полк, в котором она служила, всегда был в арьергарде вместе с нашим Ахтырским гусарским полком. Я помню, что тогда поговаривали, что Александров - женщина, но так, слегка. Она очень уединена была и избегала общества столько, сколько можно было избегать его на бивуаках. Мне случилось однажды на привале войти в избу вместе с офицером того полка, в котором служил Александров. Именно с Волковым... Там нашли мы молодого уланского офицера, который, только что меня увидев, встал, поклонился, взял кивер и вышел вон. Волков сказал мне: это Александров, который, говорят, женщина. Я бросился на крыльцо - но он уже скакал далеко. Впоследствии я ее видел во фронте, на ведетах (конные отряды для караула или стражи на передовых постах. - Прим. ред.) - словом, во всякой тяжкой того времени службе, но много ею не занимался, не до того было, чтобы различать, мужского или женского она роду; эта грамматика была забыта тогда».

Первая встреча


Надежда Андреевна Дурова. Писала свои произведения под псевдонимом Александров
К концу зимы 1836 года Пушкин получил от Надежды Дуровой вторую часть «Записок» и решил поместить их во втором номере «Современника». Об этом сразу же сообщил автору: «Сейчас прочел переписанные "Записки": прелесть! живо, оригинально, слог прекрасный. Успех несомнителен».

К «Запискам» Пушкин предпослал свое предисловие. Там он раскрыл самый главный секрет Надежды: корнет Александров это и есть Дурова, она же и автор публикуемого текста.

В июне сама Дурова добралась до Петербурга из своего далекого Сарапула. Ей было тогда 52 года. Литературовед Мариэтта Турьян так описала Дурову: «Уже немолодое, тронутое оспой, но живое лицо, стриженые и завитые по мужской моде волосы, строгий черный сюртук с Георгием в петлице, резкий голос, угловатые манеры - такой предстала Дурова перед петербургским светом, охваченным плохо скрываемым, порой бестактным любопытством».

Через несколько дней Пушкин заехал к Дуровой в гостиницу Демута на набережной реки Мойки. Это была их первая встреча. Александр Сергеевич не сразу нашел нужный тон в общении с оригинальной собеседницей и даже попытался поцеловать ее руку. Надежда Андреевна вручила ему самое начало «Записок» с описанием своего детства.

Как помочь этому горю?


Через некоторое время, просмотрев корректуру второго номера «Современника», Дурова возмутилась и отправила Пушкину письмо следующего содержания: «Имя, которым вы назвали меня, милостивый государь Александр Сергеевич (Н.А. Дурова. - Прим. ред.), в вашем предисловии, не дает мне покоя! нет ли средства помочь этому горю? "Записки" хоть и напечатаны, но в свет еще не вышли, публика ничего об них не знает. Итак, нельзя ли сделать таким образом: присоедините их к тем, что сегодня взяли у меня, издайте все вместе от себя и назовите: „Своеручные записки русской амазонки, известной под именем Александрова". Что получите за эту книгу, разделите со мной пополам, за вычетом того, что употребите на напечатание. Таким образом, вы не потерпите ничего чрез уничтожение тех листов, где вы называете меня именем, от которого я вздрагиваю, как только подумаю, что 20 тысяч уст его прочитают и назовут».

С большим трудом Пушкину удалось убедить Дурову оставить в журнальном варианте все как есть. Он писал, что у нее впереди новое поприще, профессиональное писательство. А писатель - человек публичный. Он должен быть известным человеком. Его имя для читателя - это своеобразная гарантия качества. Словом, Александр Сергеевич Дурову переубедил. А с годами она сама поняла, что Пушкин был совершенно прав.

Отвращение к женскому платью и женским занятиям


После выхода второго номера «Современника» Дурова стала знаменитостью. Ее повсюду приглашали, Надежда Андреевна вошла в не очень широкий тогда круг петербургских писателей и издателей. У нее установились теплые отношения с Александром Сергеевичем и его семьей. Дурова даже была у него на даче на Каменном острове. Говорили там, кстати, об издании всех ее «Записок» отдельной книгой. В ноябре 1836 года такая книга в количестве 900 экземпляров вышла.

Известный критик Виссарион Белинский восторженно откликнулся на эту публикацию, имевшую название «Кавалерист-девица. Происшествие в России». «Боже мой, что за чудный, что за дивный феномен нравственного мира героиня этих записок, - писал он, - с ее юношеской проказливостью, рыцарским духом, с отвращением к женскому платью и женским занятиям. С ее глубоким поэтическим чувством. С ее грустным, тоскливым порываньем на раздолье вольной жизни из-под тяжелой опеки доброй, но не понимающей ее матери!.. И что за язык, что за слог у Девицы-кавалериста! Кажется, сам Пушкин отдал ей свое прозаическое перо, и ему-то обязана она этой мужественною твердостию и силой своего слова. Этой живописной завлекательностью своего рассказа...»

200 экземпляров «Записок» Надежда Андреевна продала сама, а остальные книги у нее купили крупные петербургские издатели - А.Ф. Смирдин и И.И. Глазунов. «Записки» кавалерист-девицы пошли по всей России.

Всегда на коне!


В январе 1837 года Пушкина не стало. Власти тогда запрещали всякие публикации о Пушкине. И вот в таких условиях Дурова написала повесть «Год жизни в Петербурге, или Невыгоды третьего посещения». Повесть вышла в начале 1838 года. С одной стороны, она автобиографична, а с другой - книга о Пушкине, великом поэте, о литературном сотрудничестве с ним.

Надежда Андреевна пробыла в Петербурге около пяти лет. Эти годы были временем напряженной работы. В.Г. Белинский даже удивлялся ее литературной плодовитости. В одном журнальном обзоре он заметил: «Г. Александров, видимо, решился дарить нам каждый месяц по большой повести». Действительно, Надежда Андреевна напечатала несколько повестей и рассказов. В свое время она интересовалась фольклором Нижнего Урала и в какой-то степени использовала эти знания в художественных произведениях. В 1841 году Дурова выпустила четырехтомное собрание своих сочинений.

Литературные гонорары позволили ей купить дом в Елабуге, где она прожила еще 25 лет. В этом городке на Каме стоит теперь конный памятник Надежде Дуровой, или штабс-ротмистру Александрову, открыт музей ее памяти.

Василий МИЦУРОВ






Вернуться в «История с женским лицом»

Кто сейчас на конференции

Сейчас этот форум просматривают: нет зарегистрированных пользователей и 1 гость